19 сентября 2006
Пока не случилось несчастье, Дина росла веселой, умной, ласковой, любознательной девочкой. Ей нравилось бегать, прыгать, гонять по двору на велосипеде, ухаживать за животными. В шесть лет она была не по годам коммуникабельна и дипломатична, умела гасить конфликты между детьми и даже взрослыми. Загодя готовилась к школе: к первому классу ей уже купили портфель и нарядные бантики. Дина очень ждала этого дня — 1 сентября.
07.06.2004 года недалеко от дома Дину укусил клещ. Его, как положено, сдали в ЦГСЭН на проверку, чтобы узнать не является ли клещ носителем вируса энцефалита. Правда, гамма-глобулина для противоэнцефалитной прививки вечером в 17 часов в районной больнице не оказалось. Прививку Дине сделали в той же больнице на следующее утро по истечении 16 часов после укуса (это были все еще нормативные сроки проведения прививки).
Болезнь развилась за 2 недели. Первый раз она проявилась, когда семья отправилась на рынок за школьной одеждой и школьными принадлежностями для Дины. В какой-то момент Дина неловко переступила с ноги на ногу и еле удержала равновесие. В тот момент все, в том числе и Дина, просто рассмеялись. Но уже ночью родители были разбужены громким плачем Дины. Она как лунатик встала с кровати и сделала несколько неуверенных шагов. Успокоив девочку, родители уложили ее в постель. Утром Дина рассказала, что ей приснились пушки, стреляющие в закрытом помещении, где сама она плачет от испуга.
В это же утро (20.06.2004 г.) родители с Диной зашли в приемный покой «Скорой помощи», чтобы узнать, был ли клещ, снятый с затылка девочки 2 недели назад, носителем вируса энцефалита. Внезапно Дина стала терять сознание, ее лицо исказила судорога, губы посинели. Вызванный на работу врач-педиатр срочно увезла девочку в Республиканскую больницу с подозрением на заболевание клещевым энцефалитом.
В больнице болезнь проявилась в тяжелой форме. Дина впала в кому и была переведена в реанимацию, где круглосуточно находилась под наблюдением врачей. Состояние девочки оценивал кардиомонитор, проводилось искусственное дыхание, при необходимости осуществлялась подача кислорода. Друзья семьи регулярно посылали с ленинградским поездом необходимые редкие лекарства.
Родители обратились за помощью к Богу: прямо в реанимации Дина приняла обряд православного крещения, в церкви окрестили маму, прошел обряд покаяния папа. Каждый день папа с мамой за 40 км приезжали к Дине для 15-минутного свидания, гладили руки, голову, напевали знакомые песни. Совместные усилия не пропали даром: в день перевода в неврологическое отделение ребенок уже находился в полном сознании, и к ней вернулась речь.
В этом отделении снова случилась беда: через 12 часов после перевода в обычной плохо проветриваемой палате с наглухо заклеенными окнами и форточками, палате, не оснащенной кардиомонитором и прибором подачи кислорода, у девочки наступила клиническая смерть. Спасти Дину удалось, но она превратилась в тяжелобольного, прикованного к постели инвалида с парализованным и скрученным в спираль позвоночником, инвалида, лишенного возможности двигаться и говорить, дышит Дина через дыхательную трубку.
Мозг, подвергшийся вирусной атаке, чрезвычайно медленно восстанавливает такие жизненно важные функции, как глотание и кашель, что препятствует поступлению ребенка в специализированные клиники для лечения позвоночника, контрактур, гипертонуса мышц. Дина испытала четыре пункции спинного мозга, несколько операций на желудке и дыхательных путях, бессчетное число инъекций и болезненных медицинских манипуляций.
До болезни Дина успела подарить папе и маме шесть лет счастья. Папа называл Дину не иначе, как «мой дружочек», а дочка без папиного поцелуя не ложилась спать. Даже сейчас, когда Дина прикована к постели и даже не разговаривает, для родителей она остается прежней Диной — милой и улыбчивой. Ее, по-прежнему, радуют цветы, игрушки, она внимательно смотрит телевизор и слушает сказки, наблюдает за играми детей, реагирует улыбкой на знакомые имена и фотографии. Появились первые движения в конечностях, попытки удерживать голову, произносить звуки.
Чтобы выходить любимую дочь, маме пришлось оставить работу. У папы стало прогрессировать заболевание сердца, он тоже стал инвалидом. Первое время после выписки из больницы руководители здравоохранения предупреждали любую потребность ребенка в лекарствах, предметах ухода, медицинской технике, но со временем обеспечение ребенка стало ухудшаться. Родители Дины сами готовят стерильные растворы и проводят медицинские процедуры. Администрация района нерегулярно финансирует отпуск медикаментов, поэтому семья приобретает их за наличный расчет, в том числе и дорогостоящие.
Сергей, Светлана и Дина по-своему счастливы в своей дружной, любящей семье, но хроническое безденежье порой приводит родителей в отчаянье.
Семья Глазуновых просит помощи в приобретении катетеров отсасывающих, соковыжималки, подгузников, измельчителя пищи, клеенок, постельного белья, детского питания, автоматического измерителя давления, лампы бактерицидной (для обработки комнаты, когда Дину ненадолго выносят из нее), ингалятора «Муссон».
Комментарий врача
Гусева Ольга, заведующая Пряжинским ММЦ:
|
